 |
|
|
Установив порядки на большей части берегов Вост. Африки, корабли Салданьи и Раваско подались к Африканскому Рогу и дальше к северу, в Аденский залив, в поисках новой добычи, где разграбили Берберу. Хотя Диогу Фернандеш Перейра был тогда совсем рядом, зимуя на Сокотре, они нигде с ним не пересекались. Согласно отчётам, Салданья и Раваско проводили зимние и весенние месяцы 1504 г. в грабежах и пиратстве арабских торговых судов на пути из Красного моря вплоть до июля. Т.о. эти португальские осколки "5-ой Армады" стали основателями пиратской традиции у берегов земель народа сомали. Позже все 3 корабля успешно присоединились к прибывшей "6-ой Индийской Армаде". "6-ая Индийская Армада". Лопо Суареш ди Альбергария (1504 г., 44 года). Собранный флот насчитывал 13 судов: около 9 крупных "нау" (каракк) и 4 "navetas" (возможно, каравеллы - в качестве нового патруля), с 1200 чел. на борту. 22 апреля 1504 г. все 13 кораблей покидают устье реки Тежу, 2 мая прибывают в первую точку сбора - Кабо-Верде, где Лопо Суареш даёт строгие инструкции следования в едином цельном порядке (из-за позднего выхода). В итоге, в июне все корабли огибают мыс Доброй Надежды, а 25 июня "6-ая Армада" выходит к о. Мозамбик, где Лопо Суареш принимает прощальное письмо Перо ди Атаиде, узнаёт о катастрофе патруля Содре и о первом вторжении армии Каликута в Кочин прошлой весной. 1 августа флот покидает о. Мозамбик и на 2 дня заходит в Малинди, а после в этом же месяце пересекает Индийский океан, прибыв на о. Анжедива, где они находят корабли Антониу ди Салданьи и Руи Лоренсу Раваско, которые не имеют ни малейшего представления о местонахождении 3-го корабля своей эскадры (вероятно, Диогу Фернандеш Перейра ранее успел присоединиться к героической обороне Кочина). Пополненный флот следует к Каннаноре, где они узнают всю информацию о битве при Кочине и незамедлительно отправляются туда. Наиболее значимыми событиями появления "6-я Армады" в Индии становятся: рейд на Кранганоре (древний город, некогда - столица правящей по всей Керале династии Чера), последний оплот "заморина" на сев. выходе из лагуны Вембанад, где ещё оставались верные Каликуту силы - в результате пушечного обстрела и высадки около 1000 португальцев и 1000 кочинских "наиров", сопротивление было подавлено, а сам город подвергается масштабному пожару и разрушениям (за исключением сирийских христианских кварталов); 2 дня спустя португальцы получают срочное послание от раджи Танура (чьи владения отстояли на 30 км южнее Каликута, по дороге к лагуне Вембанад), который разорвал отношения с "заморином" (своим сюзереном) и блокировал прохождение его войск в помощь остаткам своих приверженцев в Кранганоре - Лопо Суареш отправляет каравеллу капитана Перо Рафаэля со штурмовой командой на поддержку раджи Танура; последующее январское сражение 1505 г. у пристаней Пандарана становится заключительным проявлением перемен политической расстановки в Керале. 31 декабря корабли "армады" направляются к северу от Кочина, намереваясь причалить в порту Поннани (2-ая столица "заморина", в 60 км южнее Каликута), чтобы "засвидетельствовать своё почтение" правителю Танура, новому союзнику Португалии. Во время переговоров о заходе в порт (Поннани не подчинялся Тануру, оставаясь формально лояльным Каликуту) Лопо Суареш получает известие, что крупный арабо-египетский транспортный флот - порядка 17 кораблей с 4000 чел. (".. мавры из Каира и Мекки") - прибыл в Пандаран (Pandarane, фактически - город-спутник Каликута, к северу от него). Этот флот не преследовал военных целей, а предназначался только для эвакуации из Каликута семей арабских купцов-экспатриантов в Египет и арабские города. Оценив, что корабли, вероятно, были загружены нажитыми накоплениями эвакуируемых богатых арабских семей, Лопо Суареш не смог устоять перед искушением. Т.к. большинство его "нау" уже имели в трюмах груз специй из Килона и рынков лагуны Вембанад - он отправляет их на дозагрузку в Каннаноре, а затем устраивает нападение на этот флот в гавани Пандарана посредством оставшихся 2 каравелл и 15 малабарских "бателей" с 360 солдатами на борту, что застигает арабов в ловушку и приводит к кровавой битве, в ходе которой португальцы захватывают суда и убивают около 2000 их защитников (потеряв 23 чел. убитыми и 170 ранеными). В начале января "6-ая Армада" отплывает из Индии. 1 февраля флот специй прибывает в Малинди, где дополнительно принимается хранившийся груз, из ранее награбленного командами капитанов Салданьи и Раваско вдоль Вост. Африки и Африканского Рога в предыдущем году. 10 февраля "армада" заходит в гавань Килва-Кисивани, где Лопо Суареш объявляет о намерении принять ежегодную дань, наложенную на эмира Ибрагима Васко да Гамой в 1502 г., но получает отказ. Не желая подвергать риску загруженные корабли, адмирал решает отплыть не конфликтуя. В середине февраля "армада" делает 2-недельную остановку на о. Мозамбик для ремонта и пополнения запасов - принимая это во внимание, Лопо Суареш посылает 2 корабля в опережение, чтобы донести результаты плавания королевскому двору (один из них будет потерян после мыса Коррентес, второй прибудет в Лиссабон в середине июля). 22 июля 1505 г., спустя около 9 дней после прибытия передового "нау", основной флот возвращается в Лиссабон, в составе на два корабля больше, чем было отправлено. Груз "6-ой Армады" отмечается современниками как один из лучших, доставленных из Индии. Другой великолепной новостью становятся рассказы о подвигах кочинского гарнизона во главе с Дуарте Пачеко Перейрой.
Мамлюкский султанат - средневековое феодальное гос-во - охватывал территории Египта, Леванта (Сирия, Ливан) и Хиджаза (запад Саудовской Аравии), образовался после захвата власти в Каире мамлюками ("мамлюки" - термин, обозначающий мусульманских солдат-рабов и мусульманских правителей рабского происхождения), свергнувшими династию Айюбидов в 1250 г., и просуществовал вплоть до османского завоевания Египта в 1517 г. Мамлюкский султанат достиг апогея своего развития под тюркским правлением с арабской культурой, а затем перешёл в длительную фазу упадка под черкесами. Правящую касту султаната составляли мамлюки, преимущественно, куман-кыпчакского происхождения (татары и половцы из Крыма и степей к северу от него), а также - черкесы, абхазы, огузы (тюркские племена Ср. Азии, Казахстана и Монголии) и грузинские рабы. Мамлюки были признаны "истинными господами", с социальным статусом выше граждан Египта. На пике развития султанат находился в зените средневековой египетской и левантийской политической, экономической и культурной славы в исламск. эру. В 1261 г. под власть мамлюков перешли исламские святыни Мекка и Медина. В 1382 г. султаном становится Баркук (черкес по национальности), свергнув последнего представителя Бахритской (тюркской) династии. Основанная Баркуком черкесская династия Бурджитов правила Мамлюкским султанатом до 1517 г., после чего он был покорён Османской империей. Египет получил автономный статус, им стали управлять турецкие наместники - паши. Кансух аль-Гаури, предпоследний мамлюкский султан Египта черкесской династии, в 1505 г. направляет флот под командованием Хусейна аль-Курди в Индию. В 1508 г. объединённый египетско-гуджаратский флот наносит поражение застигнутым в ловушку португальцам, но в 1509 г. те взяли реванш, разбив их при Диу, после чего остатки египетского флота вернулись в Египет. Угроза со стороны Португалии заставила турок-османов и мамлюков на время объединить усилия. В 1515 г. Кансух аль-Гаури организовал новую морскую кампанию в Красное море. В ней приняли участие 2000 турок под командованием Сельмана Реиса, который действовал с Хусейном аль-Курди. Союзники дошли до Йемена, захватили Забид и не смогли взять Аден, а после Мамлюкский султанат перестал существовать, его место заняли турки. Шах мусульманско-шиитской Персии Исмаил I ступил на путь конфронтации с османами-суннитами, покровителями Кавказа, по религиозным различиям. Он отправил посольство к венецианцам через Сирию, приглашая тех присоединиться к военным действиям и восстановить свои территории, отнятые турками. Османский султан Баязид II, сердясь на мамлюков Египта, горько жаловался, что это посольство прошло через их земли. После вступления на турецкий престол более воинственного, чем его отец, Селима I (1512-1520), отношения между османами и мамлюками Египта резко обострились. В 1514 г. Селим I во главе большой армии выступил в поход против Сефевидской Персии и нанёс сокрушительное поражение шаху Исмаилу I в битве при Чалдыране (у Тебриза). Годом спустя Селим I разбивает бея Дулкадириды (современный север сирийской провинции Алеппо) - лояльного шаху Персии вассала Египта, и посылает его голову султану Кансуху аль-Гаури. Позже он захватывет Диярбакыр и города в сев. Междуречье (Ираке), в т.ч. Мосул. Закрепившегося (в сев. областях Сирии и Ирака) Селима I осеняет более масштабный проект - завоевание всего мамлюкского Египта. Весной 1516 г., под формальным поводом дальнейшего преследования персидской армии шаха Исмаила I, он собирает хорошо организованную 65-тысячную армию и вторгается в Сирию. Обеспокоенный турецкой экспансией, султан Кансух аль-Гаури прибывает в Алеппо во главе большой (80 тыс. чел.), но находившейся в беспорядочном состоянии, армии. 24 августа 1516 г. к северу от Алеппо, при Маре и Дабике (сегодня, там тоже идёт война именно с теми же действующими силами) происходит сражение, сыгравшее решающую роль в судьбе мамлюкского Египта. Османская армия громит войско мамлюков - мамлюкская конница не смогла выдержать огня османских пушек и мушкетов, также сказалось предательство 2 мамлюкских лидеров (в частности, наместника Алеппо Хайр-бека с его отрядом), сам султан Кансух аль-Гаури погиб в бою и впоследствии был обезглавлен. Селим I вошёл в Дамаск и через месяц овладел всей Сирией. Ниже и далее, нарушая хронологию, привожу только наиболее значимые и интересные факты, предшествовавшие и подводящие к теме моего исследования. Осознавая масштаб материала, иногда уверенно просматривается, что кто-то хочет украсть историю у кого-то. И крадёт её.  Португальские владения и торговые посты в Индии и Персидском заливе к XVII в. Когда король Португалии Жуан II вдохновлялся планом открытия морского пути в Индию, он прежде всего думал о личном обогащении. Будучи амбициозным и централизованным монархом, он расценивал богатство, как средство нарушить зависимость короны от феодальной знати, и сконцентрировать власть в своих руках, и торговля специями была для него лишь способом насыщения королевской казны. Его преемник Мануэль I являлся более традиционным монархом, счастливым в окружении высоких дворян, с более средневековым мировоззрением в своём рвении распространять религию и проводить «священную войну». В течение первых лет правления Мануэля I при его дворе в значительной степени имела вес «прагматическая» партия, перешедшая от двора Жуана II, видевшая в Индии коммерческое предприятие. Но успех ранних "индийских армад" привлёк т.н. «медиевистов» (в частности, Duarte Galvão), которые теперь стремились придать экспедициям в Индию сверкание Крестового похода, представляя их как открытие "нового фронта" в священной войне против Ислама, возобновление старой Реконкисты. Дуарте Гальвао открыто призывал Мануэля I к личному завоеванию Иерусалима и даже Мекки, уверенно преодолевая скепсис старых прагматиков (которые игнорировали перспективу превращения их прибыльного предприятия в донкихотскую затею для святой славы). Решение о создании структуры вице-короля Индии для контроля всех португальских начинаний в Индийском океане зародилось ещё в 1503 г. и представляло собой победу «медиевистов». По сути дела, было объявлено о намерении создать христианское государство на др. стороне Земли и начать священную войну на восточном фланге Ислама. В видении Мануэля I (и Гальвао) это провозглашало двунаправленное христианское наступление чтобы сойтись на Святой Земле, атака на западном фланге была рассмотрена королём в том же самом 1505 г. и реализовалась в возобновлении экспедиций на Агадир, Могадор и др. города Марокко. В сентябре-октябре 1504 г. (возможно, это произошло раньше), мамлюкский султан Египта Кансух аль-Гаури отправил посольство к Папе Римскому (формальному покровителю всех католических христианских монархий), угрожая вершить такие же действия по отношению к христианским паломникам на Святой Земле, как португальцы к мусульманским паломникам из Индии в Мекку. О жалобе султана было донесено в Лиссабон озабоченным папой Юлием II. Но это служило всего лишь предупреждением Мануэлю I, что спящий "гигант-мамлюк" был разбужен, что что-то большое затевается, и что португальцам лучше подготовиться к этому, пока не стало поздно. Позиции португальцев в Индийском океане хоть и утверждались по восходящей, но выглядели действительно опасными, причём не только непосредственно в Индии, но и в Вост. Африке (где хоть и имелся один, удачно выбранный изначально, надёжный союзник - Малинди, но уязвимый во враждебном окружении). Влиятельный султанат Килва, доминирующий в южной половине вост. побережья Африки, проявлял скрыто-враждебный нейтралитет (и эмир Ибрагим, его правитель, был вынужден заплатить дань Васко да Гаме в 1502 г.), и если бы последовал серьёзный вызов какого-либо мусульманского флота, султанат Килва, скорее всего, воспользовался бы возможностью действий. Как предполагалось, эмир Ибрагим, мог закрыть португальцам все места остановок в Вост. Африке южнее Малинди, в т.ч. - остров Мозамбик (критически важная остановка после огибания мыса Доброй Надежды) и, привлекающую к себе пристальное внимание со времён путешествия Педру да Ковильяну - Софалу (перевалочный пункт торговли золотом с империей Мономотапа, к которой португальцы пытались подключиться). Враждебный город-государство Момбаса стремился при любой возможности захватить своего соседа и торгового конкурента Малинди (в 110 км к северу от него), лишая португальцев единственного союзника в регионе. "7-ая Индийская Армада". Франсишку ди Алмейда - первый вице-король Индии (1505 г., 55 лет). Т.о. экспедиция Алмейды имела двойную цель - обеспечить позиции в Индии против Каликута и в Вост. Африке против Килва до того, как вмешается мусульманская коалиция во главе с египетским флотом. "7-ой Армаде" также ставились задачи создать ряд прибрежных крепостей в этих критических точках - Софале, Килва-Кисивани, острове Анжедива (как месту выхода после пересечения Аравийского моря), Каннаноре и Килоне. И снизить пр. локальные угрозы. Мануэль I назначил Франсишку ди Алмейду капитан-майором "7-ой Армады" с обязательством оставаться в Индии в течение 3 лет, титул "вице-короля" ему давался на этот срок и для использования в местах возводимых крепостей. "7-ая Армада" стала самой значительной из посланных в Индию и состояла из 21 корабля, 11 крупных 300-400-тонных "нау" из которых предназначались для возвращения после загрузки, остальные "navetas" и каравеллы должны были оставаться на местах для охраны крепостей и патрулирования. Вооружённый контингент насчитывал 1500 чел. и 1000 чел. в командах и пр. Флот отчаливает 25 марта, но капитан Перо ди Анайя терпит крушение прямо в гавани реки Тежу, поэтому было решено сформировать отдельную эскадру из 6 судов, которая вышла позднее, и целенаправленно - с миссией в Софалу (из них 4 после должны уйти в Индию, а 2 - останутся в Мозамбикском пр-ве). Наконец, ещё 2 корабля будут посланы осенью для поиска исчезнувшей передовой эскадры предыдущей "армады", а позже также присоединятся к миссиям. В итоге флот был разбит на 2 эскадры Алмейды (быструю и медленную) и 1 эскадру Анайи. Как это часто бывало, в процессе огибания мыса Доброй надежды и выхода в Мозамбикский пролив, корабли оказались разделены (и 1 развалился на мели у мыса Коррентес). Интересны отдельные эпизоды хроники "7-ой Армады".
Эмир Ибрагим, унаследовавший пост визиря, помог султану аль-Фудайлу в борьбе за право правления с честолюбивый отпрыском визирьского семейства Хасаном в сражении с ним. Но вскоре после этого эмир Ибрагим расправляется и с самим султаном аль-Фудайлом. Соответственно, он стал правителем султаната Килва с титулом эмира, при этом ссылаясь на право преемствования - как сын султана старой королевской династии (некоего султана Сулеймана). Никто не видел и не слышал этого отсутствующего принца в течение многих лет, что было удобно для эмира Ибрагима. Сия узурпация была воспринята с шоком не только на острове Килва-Кисивани, но и в подвассальных городах, большинство правителей которых являлись либо родственниками эмиру Мухаммаду, либо обязанными ему своими позициями. Они отказывались признать эмира Ибрагима в качестве повелителя и взяли курс на независимость своих собственных городов-государств. Фактическая власть эмира Ибрагима, вероятно, охватывала только сам остров Килва-Кисивани и, возможно, остров Мозамбик. Таким и застали состояние султаната Килва португальцы, когда столкнулись с его существованием. В 1500 г. адмирал "2-ой Армады" Кабрал попытался вести торговые переговоры и заключить договор о союзнических отношениях с Эмиром Ибрагимом, но тот избегнул таких соглашений. Некоторые хронисты полагают, что т.о. эмир Ибрагим пропустил прекрасную возможность устроить свою судьбу, что если бы договор с Кабралом был достигнут, то португальский флот мог бы вернуть назад под его власть всех прежних вассалов. По крайней мере известно, что один знатный аристократ из Килва-Кисивани, некий Мухаммад ибн Рукн ад Дин (известный португальцам, как Мухаммад Арконе) советовал эмиру Ибрагиму завязать союз с португальцами (и за эти свои старания эмир отдал его португальцам в качестве заложника, а затем отказался от выкупа обратно, подвергая того гневу Васко да Гамы). Как открылось Франсишку ди Алмейде, вассалы султаната Килва использовали португальцев, один за другим, чтобы обеспечить свой отрыв. Правитель Малинди стал первым, связавшим себя в 1497 г. союзом с португальцами (в основном, против Момбасы). Также впоследствии не вызвало много усилий убедить в этом шейха Исуфа (по Барросу - "Yçuf"), правителя Софалы (по-видимому племянника покойного эмира Мухаммада), который подписал договор с португальцами в 1502 г., а позже разрешил строительство фактории и форта в Софале. Закат в городе Mahajanga (Majunga), где находился один из торговых постов султаната Килва (на карте выше). Июль 2008 г.  Алмейда решает навязать свою собственную линейку правителей Килва. Его выбор падает на Мухаммада Арконе (или "Anconi"), благородного аристократа, который ранее способствовал переговорам. Мухаммад Aрконе принимает позицию и соглашается платить дань Португалии. Алмейда даже был готов вручить ему золотую корону (предназначенную для владыки Кочина) и провести официальную церемонию коронации. Придерживаясь династических принципов, Арконе настоял, что официальным преемником султана аль-Фудайла должен стать его сын Миканте. Такое положение устраивало Алмейду. Португальцы возвели форт Сантьяго («São Thiago», сегодня известный как "Fort Gereza") на острове и расположили в нём гарнизон из 550 чел. (возможно, всего лишь - 55), под командованием Перо Феррейры Фогасы. Это был 1-ый португальский форт в Вост. Африке и 2-ой - в Африке южнее Сахары. Дальнейшее развитие и переустройство в султанате Килва. Португальское покровительство приветствовалось не особо, по существу, поставив многих ведущих торговцев Килва вне дел. В мае 1506 г. Мухаммад Арконе был убит людьми шейха Тирендикунде (родственник эмира Ибрагима). Полноценным султаном стал Миканте. Но Фогаса, понимая, что Миканте поддерживался старой фракцией эмира Ибрагима, сместил его, поставив новым правителем Хусейна ибн Мухаммада, сына Арконе. Хаос снова вспыхнул в Килва-Кисивани. Сторонники Миканте (и эмира Ибрагима) захватили контроль над большей частью города, вынуждая Хусейна (и приверженцев Арконе) искать убежища в форте Сантьяго у португальцев. Уличные стычки переросли в пожары, жители стали покидать город. Узнав о хаосе в Килва, вице-король Индии Алмейда направил магистрата Нуно Ваза Перейру исследовать вопрос. Прибыв в конце 1506 г., Нуно Ваз Перейра созвал конкурирующих султанов Миканте и Хусейна, и рассудив их, вынес решение в пользу Хусейна, но смягчил удар, освободив непопулярного командующего фортом Фогасу и ослабив ограничения для торгового судоходства. Жители вернулись, но лишь на короткое время. Уязвлённый Хусейн не собирался останавливаться и вынашивал планы отомстить сторонникам шейха Тирендикунде за убийство своего отца. Вскоре он начал репрессии и город был жестоко разграблен. Хусейн также направил эмиссаров всем вассальным городам султаната, приказав им вернуться к повиновению. Опасаясь, что волна тирании может застопорить португальские интересы в Вост. Африке, вице-король Алмейда отменил решение Перейры и восстановил Миканте. Основная часть "7-ой Армады" покидает Килва-Кисивани 8 августа 1505 г., перемещаясь к северу, сразу после того, как один из отстающих кораблей капитана Жуана Серрана (ещё один участник "4-ой Армады", сыгравший позже роль в освоении Молукских о-вов) заходит в гавань Килва. Перед этим с о-ва Мозамбик вернулись ещё два посланных туда Алмейдой корабля, они доставляют письма, оставленные возвращающейся "6-ой Армадой" с последними новостями, откуда Алмейда узнает о последнем нападении города Момбаса на союзный Малинди (разогнанном кораблями Раваско и Салданьи осенью 1503 г.). Опасаясь окончания летнего муссона, Алмейда торопится и оставляет на острове инструкции с дальнейшим маршрутом недостающим кораблям "армады".
Борьба прекращается вскоре после того, как лучники банту удаляются на материк, а население пытается бежать с ними. Мушкетёры и арбалетчики обстреливают убегающих с высоких точек вокруг дворца, вызывая большое кол-во жертв. В последствии Алмейда отдаёт пустеющий город на разграбление. Около 200 пленников (в основном женщины) захватываются в качестве рабов. Из потерь - по крайней мере, 5 чел. числились убитыми, и множество раненых. После этих событий флот Алмейды некоторое время укрывается в гавани от трудных ветров. В течение стоянки последний отбившийся у юга Африки корабль "медленной" эскадры - капитана Васко Гомеша ди Абреу заходит в гавань Момбасы со сломанной мачтой (тем не менее, пока отсутствовали какие-либо новости от второй, "быстрой" эскадры, в составе 7 кораблей). Не имея возможности посетить Малинди лично, Алмейда отправляет двоих капитанов засвидетельствовать своё почтение султану Малинди и сообщить о налёте на Момбасу. Они возвращаются в скором времени, в результате доставив не только поздравления султана и вознаграждение в виде свежих пополнений провизии, но также в сопровождении 2 каравелл отстающей группы. 27 августа, несклонный ждать более, Алмейда направляет свой флот из 14 судов через Аравийское море (остаток - 5 кораблей "быстрой" эскадры, из которых 1 развалился у мыса Коррентес; и 1 застрял до следующего года у о. Мозамбик; и 1 "нау" - «Bella», дал течь ещё у Кабо-Верде, Перо Феррейра Фогаса, ныне командующий фортом «São Thiago» и гарнизоном в Килва-Кисивани, был его капитаном). О миссии эскадры капитана Перо ди Анайи в Софалу. К сентябрю 1505 г. 3 "нау" и 3 каравеллы "3-ей эскадры" с трудностями преодолевают мыс Доброй Надежды, но в итоге все 6 находят свой путь в Софалу. Один из кораблей недалеко от Келимане (Quelimane, 300 км к северу вдоль побережья) находит пятерых голодных полумёртвых выживших, с севшей на мель, и потом развалившейся, "наветы" капитана Лопо Санчеса. Ещё 20 чел. из той же команды самостоятельно смогли добраться до Софалы. Перо ди Ананья получает аудиенцию у слепого, пожилого возрастом, шейха Исуфа (Yçuf - по Барросу), который уже заключал торговый договор в 1502 г. с Афонсу ди Агийяром, капитаном "4-ой Армады" Васко да Гамы. Анайя заручается согласием шейха Исуфа открыть постоянную факторию для торговли (золотом и слоновой костью) и возвести крепость. Вероятно, новости, поступающие из Килва-Кисивани и Момбасы, убедили номинального правителя Софалы избежать подобной участи, поэтому соглашение было заключено. Форту даётся название "Сан Каэтано" («São Caetano»), Перо ди Анайя принимает командование как "капитан-майор", Мануэль Фернандеш - в качестве "фактора". История этой миссии имела насыщенное развитие. 13 сентября 1505 г. Флот Алмейды выходит к Малабарскому побережью у острова Анжедива (Angediva, Anjadip).В это самое время мамлюкский султан Кансух аль-Гаури усиленно занимался подготовкой морской экспедиции против португальцев. Вооружённый флот был построен и оснащён из древесины и оружием, предоставленными Османской империей, корабельные мастера и команды набирались со всего вост. Средиземноморья. Этот флот под командованием Хусейна аль-Курди покинул Суэц в ноябре 1505 г. и проследовал по Красному морю в Джидду, где была укреплена прибрежная часть города. После готовилось взятие йеменского Адена, чтобы предотвратить его возможный захват португальцами. Всё это совпало с прибытием "7-ой Армады" в Индию. Фрагмент «Planisfério de Cantino». Португальские флаги показаны в Лиссабоне, на Азорских о-вах и на западном фланге "священной войны против мавров" - в Танжере (Марокко). В правом нижнем углу - снежные вершины Атласских гор. 9-3.jpg) Продолжение |
8-4.jpg)
